PORT ART FAIR 2026
20.05 — 24.05.2026
СЕВКАБЕЛЬ ПОРТ
СЕВКАБЕЛЬ ПОРТ
На Port Art Fair 2026 Nikolay Evdokimov Gallery представляет стенд, объединённый темой бланковости. В экспозиции это понятие раскрывается не как пустота, а как особое состояние образа: открытая поверхность, след, пауза, пространство ожидания, где произведение ещё сохраняет возможность быть прочитанным по-разному. %$^
Для каждого автора бланковость становится самостоятельным художественным инструментом. У Алёны Романовой она связана с вещью, упаковкой, картоном и металлической сеткой — материалами, которые сохраняют форму предмета или тела, но превращают её в хрупкий след присутствия. У Алисы Деточкиной бланковость проявляется через синий цвет и размытые образы, возникающие как фрагменты памяти, архива или будущего артефакта. %$^
Давид Березин работает с бланковостью как с пространством внутренней записи: почти пустой холст, дневниковая фраза, фрагмент воспоминания становятся способом говорить о неустойчивом присутствии и поиске опоры. У Кирилла Дацука в серии «Русская Полинезия» бланковость связана с открытой сценой: свободная бумажная поверхность, незавершённость жеста и фрагментарность повседневного сюжета оставляют зрителю возможность достраивать происходящее. %$^
Стенд выстраивает диалог между разными формами незаполненности — вещью, телом, текстом, пятном, жестом и сценой. Здесь бланковость становится не отсутствием изображения, а условием его появления: пространством, где личное, повседневное и материальное превращаются в художественное высказывание. %$^
Художники
АЛЁНА РОМАНОВА
АЛИСА ДЕТОЧКИНА
ДАВИД БЕРЕЗИН
КИРИЛЛ ДАЦУК
Для каждого автора бланковость становится самостоятельным художественным инструментом. У Алёны Романовой она связана с вещью, упаковкой, картоном и металлической сеткой — материалами, которые сохраняют форму предмета или тела, но превращают её в хрупкий след присутствия. У Алисы Деточкиной бланковость проявляется через синий цвет и размытые образы, возникающие как фрагменты памяти, архива или будущего артефакта. %$^
Давид Березин работает с бланковостью как с пространством внутренней записи: почти пустой холст, дневниковая фраза, фрагмент воспоминания становятся способом говорить о неустойчивом присутствии и поиске опоры. У Кирилла Дацука в серии «Русская Полинезия» бланковость связана с открытой сценой: свободная бумажная поверхность, незавершённость жеста и фрагментарность повседневного сюжета оставляют зрителю возможность достраивать происходящее. %$^
Стенд выстраивает диалог между разными формами незаполненности — вещью, телом, текстом, пятном, жестом и сценой. Здесь бланковость становится не отсутствием изображения, а условием его появления: пространством, где личное, повседневное и материальное превращаются в художественное высказывание. %$^
Художники
АЛЁНА РОМАНОВА
АЛИСА ДЕТОЧКИНА
ДАВИД БЕРЕЗИН
КИРИЛЛ ДАЦУК
PORT ART FAIR 2026
20.05 — 24.05.2026
СЕВКАБЕЛЬ ПОРТ
20.05 — 24.05.2026
СЕВКАБЕЛЬ ПОРТ
На Port Art Fair 2026 Nikolay Evdokimov Gallery представляет стенд, объединённый темой бланковости. В экспозиции это понятие раскрывается не как пустота, а как особое состояние образа: открытая поверхность, след, пауза, пространство ожидания, где произведение ещё сохраняет возможность быть прочитанным по-разному. %$^
Для каждого автора бланковость становится самостоятельным художественным инструментом. У Алёны Романовой она связана с вещью, упаковкой, картоном и металлической сеткой — материалами, которые сохраняют форму предмета или тела, но превращают её в хрупкий след присутствия. У Алисы Деточкиной бланковость проявляется через синий цвет и размытые образы, возникающие как фрагменты памяти, архива или будущего артефакта. %$^
Давид Березин работает с бланковостью как с пространством внутренней записи: почти пустой холст, дневниковая фраза, фрагмент воспоминания становятся способом говорить о неустойчивом присутствии и поиске опоры. У Кирилла Дацука в серии «Русская Полинезия» бланковость связана с открытой сценой: свободная бумажная поверхность, незавершённость жеста и фрагментарность повседневного сюжета оставляют зрителю возможность достраивать происходящее. %$^
Стенд выстраивает диалог между разными формами незаполненности — вещью, телом, текстом, пятном, жестом и сценой. Здесь бланковость становится не отсутствием изображения, а условием его появления: пространством, где личное, повседневное и материальное превращаются в художественное высказывание. %$^
Художники
АЛЁНА РОМАНОВА
АЛИСА ДЕТОЧКИНА
ДАВИД БЕРЕЗИН
КИРИЛЛ ДАЦУК
Для каждого автора бланковость становится самостоятельным художественным инструментом. У Алёны Романовой она связана с вещью, упаковкой, картоном и металлической сеткой — материалами, которые сохраняют форму предмета или тела, но превращают её в хрупкий след присутствия. У Алисы Деточкиной бланковость проявляется через синий цвет и размытые образы, возникающие как фрагменты памяти, архива или будущего артефакта. %$^
Давид Березин работает с бланковостью как с пространством внутренней записи: почти пустой холст, дневниковая фраза, фрагмент воспоминания становятся способом говорить о неустойчивом присутствии и поиске опоры. У Кирилла Дацука в серии «Русская Полинезия» бланковость связана с открытой сценой: свободная бумажная поверхность, незавершённость жеста и фрагментарность повседневного сюжета оставляют зрителю возможность достраивать происходящее. %$^
Стенд выстраивает диалог между разными формами незаполненности — вещью, телом, текстом, пятном, жестом и сценой. Здесь бланковость становится не отсутствием изображения, а условием его появления: пространством, где личное, повседневное и материальное превращаются в художественное высказывание. %$^
Художники
АЛЁНА РОМАНОВА
АЛИСА ДЕТОЧКИНА
ДАВИД БЕРЕЗИН
КИРИЛЛ ДАЦУК
АЛЁНА РОМАНОВА
—
«ИСКУССТВО — ЭТО ВЕЩЬ» / «УПАКОВКА»
Простая вещь у Романовой становится не объектом фиксации, а материалом для исследования памяти, телесности и следа. Картон, металлическая сетка, упаковка, фрагменты тела и оболочки предметов сохраняют связь с повседневностью, но теряют свою утилитарную однозначность. Художница ищет в них хрупкие формы присутствия: жест, отпечаток, пустоту, контур и остаток человеческого прикосновения.
АЛЁНА РОМАНОВА
—
«ИСКУССТВО — ЭТО ВЕЩЬ» / «УПАКОВКА»
Простая вещь у Романовой становится не объектом фиксации, а материалом для исследования памяти, телесности и следа. Картон, металлическая сетка, упаковка, фрагменты тела и оболочки предметов сохраняют связь с повседневностью, но теряют свою утилитарную однозначность. Художница ищет в них хрупкие формы присутствия: жест, отпечаток, пустоту, контур и остаток человеческого прикосновения.
АЛИСА ДЕТОЧКИНА
—
«АРХЕОЛОГИЯ СИНЕГО»
Фрагменты личного, природного и медийного опыта у Деточкиной становятся материалом для исследования времени как архива. Художница работает с пейзажами, телесными мотивами, визуальными символами и следами повседневности, рассматривая их как артефакты настоящего. Синий цвет объединяет эти разрозненные образы и превращает их в пространство памяти, дистанции и медленного проявления изображения.
АЛИСА ДЕТОЧКИНА
—
«АРХЕОЛОГИЯ СИНЕГО»
Фрагменты личного, природного и медийного опыта у Деточкиной становятся материалом для исследования времени как архива. Художница работает с пейзажами, телесными мотивами, визуальными символами и следами повседневности, рассматривая их как артефакты настоящего. Синий цвет объединяет эти разрозненные образы и превращает их в пространство памяти, дистанции и медленного проявления изображения.
давид березин
—
«ХОТЕЛ БЫ Я БЫТЬ ЗДЕСЬ»
Личные воспоминания, городские фрагменты, интерьеры и дневниковые записи у Березина становятся материалом для исследования состояния «здесь и сейчас». Художник обращается к моменту внутренней неустойчивости, когда прошлое ещё продолжает действовать, а настоящее требует опоры. Его живопись и текстовые работы фиксируют не событие, а состояние присутствия — хрупкое, отстранённое и постоянно ускользающее.
давид березин
—
«ХОТЕЛ БЫ Я БЫТЬ ЗДЕСЬ»
Личные воспоминания, городские фрагменты, интерьеры и дневниковые записи у Березина становятся материалом для исследования состояния «здесь и сейчас». Художник обращается к моменту внутренней неустойчивости, когда прошлое ещё продолжает действовать, а настоящее требует опоры. Его живопись и текстовые работы фиксируют не событие, а состояние присутствия — хрупкое, отстранённое и постоянно ускользающее.
кирилл дацук
—
«РУССКАЯ ПОЛИНЕЗИЯ»
Серия «Русская Полинезия» Кирилла Дацука обращается к образу русской глубинки как к пространству внутреннего путешествия и своеобразной «антропологии повседневности». Название проекта отсылает к мысли поэтов Серебряного века о существовании в России собственной «Полинезии» — мира, начинающегося всего в нескольких часах пути от столицы. Для художника это территория иной временной логики, где сохраняются архаичные формы быта, жесты, отношения и состояния. Как для Поля Гогена Полинезия становилась поиском первозданного и подлинного, так для Дацука русская провинция оказывается местом, где через простые сцены и человеческие фигуры проступают вопросы о памяти, идентичности и самом ощущении «русского».
кирилл дацук
—
«РУССКАЯ ПОЛИНЕЗИЯ»
Серия «Русская Полинезия» Кирилла Дацука обращается к образу русской глубинки как к пространству внутреннего путешествия и своеобразной «антропологии повседневности». Название проекта отсылает к мысли поэтов Серебряного века о существовании в России собственной «Полинезии» — мира, начинающегося всего в нескольких часах пути от столицы. Для художника это территория иной временной логики, где сохраняются архаичные формы быта, жесты, отношения и состояния. Как для Поля Гогена Полинезия становилась поиском первозданного и подлинного, так для Дацука русская провинция оказывается местом, где через простые сцены и человеческие фигуры проступают вопросы о памяти, идентичности и самом ощущении «русского».